Губа Андреева - Базы для реакторов

Губа Андреева - Базы для реакторов

Посещения группировок атомных подводных лодок Северного и Тихоокеанского флотов для первых лиц Российской Федерации становятся в последнее время неизменным ритуалом. Руководители страны не скрывают озабоченности бедственным состоянием пунктов базирования подводных ракетоносцев, делают громкие заявления и не скупятся на обещания, вселяя в очередной раз надежду у флотской общественности. Но и по сию пору морская составляющая остается самым недофинансированным компонентом военной организации нашего государства. Особенно удручает береговая инфраструктура, которая в качестве советского наследства продолжает нещадно эксплуатироваться и стремительно ветшать. Под треск пропаганды о возрождении флота исчезают важные элементы базирования.

К чему ведет пренебрежение к элементам базирования, наглядно продемонстрировала досрочная ликвидация самых больших в мире подводных ракетоносцев системы «Тайфун». С этим трудно смириться, но от 18-ой дивизии атомных подводных лодок пр. 941 остался боеготовым лишь один корабль ТК-208 «Дмитрий Донской», используемый исключительно как платформа для испытаний новых ракет в полигонах Белого моря. Формально числятся в резерве лодки ТК-17 и ТК-20, но участь этих гигантов предрешена - в утиль.

Справка

Создание группировки тяжелых ракетных подводных крейсеров стратегического назначения (ТРПК СН) пр. 941 явилось ответной мерой на появление в составе флота США нового поколения ПЛАРБ типа "Огайо", каждая из которых имеет на борту 24 твердотопливные ракеты "Трайдент" с дальностью стрельбы до 12 тыс. км. Наши ТРПК СН пр.941 несли по 20 аналогичных ракет РСМ-52, но со значительно большими, чем у американских ПЛА, весо-габаритными характеристиками. При этом подводное водоизмещение «Тайфунов» (до 50 тыс. тонн) почти в 3 раза превышало водоизмещение «Огайо», что весьма усложнило эксплуатацию и содержание на плаву лодок пр.941. Типичный для отечественного флота упрощенный подход к базированию (наряду с действием иных факторов) закончился крахом самой мощной в ВМФ ядерно-ракетной системы "Тайфун" и превращением её компонентов в металлолом. Кстати, американцы продлили срок службы своих  "Огайо" до 45 лет, последовательно проведя модернизацию ракет на "Трайдент II " и заменив активные зоны реакторов на более усовершенствованные со значительно увеличенной кампанией.
В одной статье невозможно отразить все проблемы стационарного и плавучего базирования таких сложных сооружений, каковыми являются современные атомные подводные лодки. Постараемся осветить лишь некоторые вопросы базового обслуживания корабельных реакторов, обусловленные необходимостью периодической замены выработавших свой ресурс активных зон, производством нейтронно-физических измерений, поддержанием качества теплоносителя I контура, обращением с образующимся отработавшим топливом (ОЯТ) и радиоактивными отходами (РАО), с проведением иных специфических процедур по восстановлению технической готовности ЯЭУ.

Поводом к публикации послужила научно-практическая конференция, посвященная 50-летию первой перезарядки корабельного ядерного реактора на ПЛА «К-3» (где в качестве командира дивизиона движения довелось служить автору), состоявшаяся 15 апреля 2009 г. в Санкт-Петербурге.

Предшествующий опыт

Становление Сейчас в это трудно поверить, но на заре ядерной корабельной энергетики отцы-основатели сумели отстоять приоритет развертывания береговой инфраструктуры и плавучих средств, предназначенных для технологического обслуживания корабельных реакторов.

Опережающий характер создания подобных объектов подтверждается рядом фактов из послужного списка автора статьи, когда новоиспеченному лейтенанту в октябре 1959 года в срочном порядке пришлось добираться из Мурманска в район малоизвестной губы Западная Лица. Опуская подробности 50-километрового пешего перехода по фронтовой дороге (других в те времена не было) отметим, что на протяжении всего маршрута от пос. Ура-Губа (ныне Видяево) не наблюдалось ни попутного, ни встречного транспорта. Стояла первозданная тишина. Столь же тихо было у единственного причала в устье р. Западная Лица, где мирно приютилась плавбаза "Двина". Ничего не предвещало ближайшего появления в этих местах кораблей только что сформированной бригады атомных подводных лодок пр. 627 ("К-5", "К-8", "К-14").

Первенец ПЛА «К-3» зав. № 254, как находящаяся в опытной эксплуатации, оставалась на заводе-строителе в Северодвинске. Не замечалось штабных строений, складов и иных признаков будущей военно-морской базы. И только на противоположном берегу бухты слышался гул работающей техники, гремели взрывы, сквозь дым и пыль высвечивались этажи воздвигаемых зданий. Там, в неприметной губе Андреева с размахом велось строительство технической базы перезарядок корабельных ядерных реакторов.

Справка

Губа Андреева – ответвление бухты, образованной устьем р. Западная Лица
в северо-западной части Кольского п-ва (по прямой до Мурманска 100 км, до норвежской границы – 55 км, ближайшее поселение – г. Заозерный, 8 км). Закрытый фиорд с хорошей причальной линией и выходом на основные коммуникации, в том числе, на трассу Печенга-Мурманск-С.-Петербург. Видимо, из этих соображений уже 6 июля 1941 г. в гб Андреева был высажен десант морской пехотфы.  Его участник матрос Кисляков первым на флоте был удостоен звания Героя Советского Союза. С 1961 по 2000 гг. в гб Андреева дислоцировалась 569 береговая техническая база Северного флота с персоналом в 270 военнослужащих (до 1963 г. автор проходил службу на БТБ начальником смены перезарядки ядерных реакторов, в 1973-1984 гг. курировал деятельность базы в качестве старшего офицера Технического управления СФ). С 2000 г.  на территории бывшей БТБ функционирует Северное федеральное предприятие по обращению с радиоактивными отходами, входящее в госкорпорацию "Росатом".
В кратчайшие сроки в 1959-1962 гг. для ВМФ были спроектированы, построены и укомплектованы личным составом три береговые технические базы перезарядки реакторов (на Кольском п-ве – 569 БТБ в гб Андреева и 574 БТБ в пос. Гремиха, в Приморском крае – БТБ в бх Сысоева). Позже по упрощенному варианту была введена в эксплуатацию БТБ на Камчатке в р-не Вилючинска. Все объекты технических баз были возведены строительными частями Минобороны по проектам 23 Государственного морского проектного института (23 ГМПИ, Ленинград), с привлечением проектных организаций Минсредмаша.

Параллельно в 1960-1966 гг. заводами в Северодвинске и Комсомольске-на-Амуре были построены 8 плавучих технических баз перезарядки реакторов пр. 326 (для Северного флота – ПМ-124, ПМ-128, ПМ-78, ПМ-50, для Тихоокеанского флота – ПМ -125, ПМ-133, ПМ-80, ПМ-33 – все по проекту ленинградского ЦКБ «Айсберг»). Из них 6 плавтехбаз в 1971-1974 гг. прошли модернизацию по пр. 326М – в части усовершенствования хранилищ ОЯТ. Позднее флот пополнился тремя самоходными ПТБ пр. 2020, разработанными ЦКБ «Айсберг» и построенными на Николаевском судостроительном заводе в 1984-1990 гг. (Северный флот – ПМ-63, ПМ-12, Тихоокеанский флот – ПМ-74).

Минздравом СССР в своё время был санкционирован сброс в Карское и Охотское моря радиоактивных отходов, образующихся при строительстве, эксплуатации и ремонте кораблей ВМФ с ЯЭУ. Для обеспечения этих процедур к БТБ и пунктам базирования ПЛА был приписан ряд судов и плавсредств, предназначенных для приема, хранения и транспортирования жидких РАО, в том числе, 8 самоходных технических танкеров пр. 1783А. В 1985-1986 гг. флот пополнился двумя крупнотоннажными транспортами пр. 11510, предназначенными как для транспортирования, так и для переработки жидких РАО (для Северного флота – транспорт «Амур», для Тихоокеанского флота – транспорт «Пинега», по проекту нижегородского ЦКБ «Вымпел», построены Выборгским судостроительным заводом). Также для нужд флота волгоградским заводом «Баррикада» были построены около 100 малых плавёмкостей ПЕ-50.

Все береговые объекты, суда и плавучие средства, обслуживаемые только военнослужащими, в комплексе составляли полноценную инфраструктуру для технологического обслуживания атомной группировки ВМФ.

Масштаб работ Перезарядка корабельного реактора на первенце ПЛА «К-3» в апреле 1959 г., носившая экспериментальный характер, выполнялась промышленными предприятиями в Северодвинске с привлечением стажеров из ВМФ. Отсчет работ, осуществляемых силами флота, следует вести с июня 1961 года, когда впервые в плановом порядке по месту базирования в Западной Лице были заменены активные зоны двух реакторов на серийной ПЛА «К-14» (зав. № 281). Работы производились силами 569 БТБ и средствами ПТБ ПМ-124, на которой размещалось перегрузочное оборудование, свежие активные зоны и куда осуществлялся прием выгружаемого из реакторов ОЯТ. Вся операция продолжалась 18 суток, включая уплотнение обоих аппаратов и их физический пуск (подробнее см. «Атомная стратегия», № 5, 2007 г.). Успешный исход работ на ПЛА «К-14» в 1961 г. не только положил начало становлению баз перезарядки как важнейших элементов системы базирования, но и очертил модель подобных процедур на весь последующий период.

Изначально предполагалась полная независимость технических баз - береговых (БТБ) и плавучих (ПТБ) от промышленности, что соответствовало исповедуемым в те времена взглядам на систему рассредоточенного базирования. Практика первых работ развеяла эти иллюзии и заложила модель перезарядки корабельных реакторов, опиравшуюся на три фундаментальных принципа:

- перезарядка реакторов, как правило, совмещается с ремонтом (модернизацией) корабля и производится на акватории судоремонтного предприятия (применительно к Северному региону – 10 СРЗ ВМФ в Полярном, 35 СРЗ ВМФ в Мурманске, СРЗ «Нерпа», заводы Судпрома в Северодвинске);

  • сопутствующие корпусные и демонтажные работы для доступа к реакторам выполняются судоремонтными предприятиями;
  • вскрытие реакторов, замена активных зон, последующий монтаж, уплотнение крышек и физический пуск аппаратов производятся силами выездных команд БТБ и средствами ПТБ, включая все операции по обращению с ОЯТ и РАО.

Результативность сложившегося комплекса перезарядок реакторов подтверждают следующие цифры. Если за 1961-1972 гг. флотом было перегружено 50 ядерных реакторов (СФ – 32, ТОФ - 18), то уже в период 1973-1985 гг. были заменены активные зоны 252 реакторов (СФ – 173, ТОФ - 80). Всего же на Северном и Тихоокеанском флотах к 2000 г. была произведена перезарядка более 550 реакторов. Результаты деятельности технических баз Северного региона по перезарядке реакторов в период 1973-1985 гг. приведены в табл. 1.

Табл. 1

Результаты деятельности технических баз Северного региона по перезарядке реакторов в период 1973-1985 гг.

 

 

С 1973 г. технические базы начали вывозить накопленное ОЯТ  для переработки на предприятия Минсредмаша (ныне «Росатома»). В Северном регионе силами судоремонтных предприятий ВМФ были дооборудованы несамоходный «Лихтер-4» и сухогруз типа «река-море» «Северка», в течение 20 лет доставлявшие контейнеры с ОЯТ из Гремихи и гб. Андреева в Мурманск. Здесь, на территории одной из воинских частей, эпизодически разворачивался пункт перевалки контейнеров в ж/д транспорт для перевозки ОЯТ на ПО «Маяк». Подобные услуги оказывались и Мурманскому пароходству, не имевшему тогда подъездных путей для приема спецэшелона. Общее руководство работами, включая разработку регламентирующих документов и взаимодействие с ПО «Маяк», осуществлялось специалистами Технического управления флота.

В период наиболее интенсивной нагрузки (1979-1988 гг.) техническими базами Северного и Тихоокеанского флотов было вывезено ОЯТ от 195 реакторов (115 эшелон/рейсов), причем без единого радиационного инцидента. В целом, к 2000 г. базами флота было отправлено на ПО «Маяк» ОЯТ не менее чем от 400 реакторов (220 эшелон/рейсов).


Несовершенства БТБ

Все береговые технические базы включали в себя объекты строгого радиационного режима (хранилища ОЯТ, места складирования ТРО, комплексы переработки ЖРО, емкости для высокоактивных концентратов, цеха и площадки дезактивации перегрузочного оборудования), а также сооружения общепромышленной инфраструктуры (котельные, дизельные, трансформаторные, складские помещения, водозаборы, мазутохранилища, инженерные сети, внутриобъектные дороги и т.д.). Желание максимально унифицировать состав БТБ полностью реализовать не удалось. К примеру, 574 БТБ в Гремихе была ориентирована на обслуживание реакторов с жидкометаллическим теплоносителем. Доминирующим сооружением объекта был сухой док с мостовым краном г/п 75 тонн, позволявшим перегружать активную зону реакторов ПЛА 705 пр. в сборе. 569 БТБ в гб. Андреева имела самое большое в ВМФ хранилище ОЯТ и наиболее развитый причальный фронт. На Камчатской базе по соображениям сейсмоопасности  береговое хранение ОЯТ не предусматривалось.

На всех БТБ, при всех их различиях и особенностях, по мере эксплуатации выявились серьезные изъяны и просчеты, в том числе, концептуального характера.

Справка

Водный режим любой ядерной энергетической установки (как и иной системы, где извлеченные из реактора тепловыделяющие сборки напрямую контактируют с охлаждающей средой) предусматривает обязательный отбор теплоносителя для очистки от радионуклидов. К примеру, во всех паропроизводящих установках ПЛА в I-ый контур встроены петли с фильтрами активности (ФА), из которых насыщенная радионуклидами шихта заменяется свежими сорбентами.
Хранилище ОЯТ в гб. Андреева (зд.5), рассчитанное на прием ОЯТ от ~80 реакторов (заполняемый объем бассейнов 2000 м3), подобной очистной системы не имело. Облицовка бассейнов была выполнена из черного металла. Поступающее на хранение ядерное топливо имело большой процент негерметичных сборок, часть из которых падали на дно бассейна. Все эти факторы способствовали нарастающей концентрации радионуклидов на поверхностях и в донных отложениях, из-за чего обслуживание зд.5 носило предельно экстремальный характер. Бассейны с ОЯТ на базах в Приморье и Гремихе (при значительно меньших размерах) имели те же недостатки. А поканальная развеска, примененная в Гремихе, приводила к обрывам и деформации сборок в процессе их хранения.

Столь же несовершенной была конструкция хранилища ТРО в виде заглубленного блока с гнездами, предложенная для гб. Андреева. В условиях Заполярья захоронение таких специфических отходов как стержни СУЗ выстраивалось в следующую схему. Со стоящей у причала плавтехбазы выгружался многоразовый контейнер с 40 облученными стержнями (порция от двух реакторов). Упаковка устанавливалась в кузов а/м БелАЗ-540. Загруженный БелАЗ-540 в сопровождении бульдозера (для расчистки дороги) и автокрана СКГ-30 (для грузовых операций) переезжал на площадку ТРО. В снегу откапывалось нужное гнездо, отдиралась примерзшая бетонная пробка. Над вскрытой ячейкой наводился контейнер, содержимое которого при открытии шибера россыпью падало в гнездо и выравнивалось вручную. Никакой автоматизации этого процесса проектом не предусматривалось.

Дефекты сооружений и не прописанные проектом процедуры возмещались изобретательностью офицеров и терпением матросов. Обслуживающий персонал хранилищ-бассейнов ОЯТ с помощью незатейливых приспособлений ухитрялся поднимать с 6-метровой глубины упавшие облученные сборки, идентифицировать их, переупаковывать и отправлять в качестве сырья на х/к «Маяк». При всей своей примитивности хранилище ТРО в гб. Андреева было единственным для Северного флота местом, где можно было хранить извлекаемые из реакторов стержни СУЗ. К тому же, персоналу удавалось втрое перекрыть установленную емкость и разместить на объекте до 6000 реальных изделий (кстати, стержни СУЗ представляют большой интерес как сырье для изотопной продукции).

Флотские специалисты были вынужденны прибегать к доморощенным приспособлениям и тотальному изобретательству, в то время, как многие сооружения БТБ, предназначенные для работ с радиоактивными средами, оказались невостребованными. По разным причинам не нашли применения и саморазрушились комплексы по хранению и глубокой переработке ЖРО (на всех трех базах: в гб. Андреева, Гремихе и в Приморье). Не были задействованы цеха по дезактивации съемного оборудования с ПЛА. Не пригодились вентиляционные центры, лабораторные корпуса и ряд других сооружений, которые, если и использовались, то для иных целей.

Не использовалась значительная часть установленного оборудования и на ПТБ пр.326М и пр.2020. Безрадостно сложилась судьба технических транспортов пр.11510 «Амур» и «Пинега». Размещенные на них установки для очистки ЖРО производительностью 120 м3/сутки оказались неработоспособными. И крупнотоннажные суда с дорогостоящим оборудованием более 20 лет простаивают у причалов без дела.

Издержки технологий компенсировались умением и настойчивостью людей, занимающихся эксплуатацией этих систем. Ценнейшими кадрами баз перезарядки реакторов являлись их главные инженеры. Назову наиболее ярких представителей этой кагорты: Владимир Кот и Константин Гандзицкий (569 БТБ, гб. Андреева), Юрий Тертычный и Борис Копылов (574 БТБ, п. Гремиха), Анатолий Головатов (БТБ в бх. Сысоева, Приморье). Именно эти офицеры, начисто лишенные карьерных устремлений и потому оставшиеся в тени элитных командиров-подводников, сумели нивелировать все несовершенства доверенной им техники и из разрозненных береговых подразделений, судов и плавсредств создали дееспособную структуру технологического обслуживания корабельных реакторов  на Северном и Тихоокеанском флотах.

Затянувшаяся пауза

Социально-экономические потрясения  1990-х гг. с последовавшим массовым выводом из эксплуатации кораблей атомного подводного флота, коммерциализация сферы обращения с корабельным ОЯТ и РАО, а также отсутствие у ВМФ средств для содержания технических баз привели последние на грань выживания.

В 2000 г. распоряжением Правительства РФ от 09.02.2000 № 220-р все четыре береговые базы перезарядки реакторов ВМФ (в гб. Анреева, п. Гремиха, бх. Сысоева и на Камчатке) были расформированы. Территория, инфраструктура и хранящиеся ядерные материалы этих БТБ перешли под юрисдикцию вновь созданных федеральных предприятий по обращению с радиоактивными отходами – «СевРАО» и «ДальРАО», подведомственных госкорпорации «Росатом». На Камчатке БТБ и 49 СРЗ ВМФ вошли в структуру «Северо-Восточный региональный центр по ремонту и утилизации вооружений и военной техники Минобороны РФ» (СВЦР).

Насколько рациональным оказалось реформирование сложившейся системы технологического обслуживания корабельных реакторов, судить сложно. Попробуем в общих чертах оценить эффективность новых образований с точки зрения восполнения функций исчезнувших структур.

Перезарядка реакторов В открытых источниках этот вид работ освещается редко. Число перезарядок реакторов, выполненных за последнее десятилетие (имея ввиду полноценную замену отработавших свой ресурс активных зон, а не упрощенный вариант выгрузки ОЯТ в ходе утилизации ПЛА) косвенно можно оценить по объему заводского ремонта. Применительно к Северному региону в период 1998-2008 гг. произведен заводской ремонт с модернизацией не менее чем на девяти ПЛА («Российская газета» от 31.10.2007, от 17.01.2008, от 18.11.2008, «Военно-промышленный курьер» № 4-2003, № 10-2007, № 3-2008. № 19-2008), в том числе:

  • в Центре судоремонта «Звездочка» - 4 ПЛА пр. 667 БДРМ (зав. №№ 379, 380, 382, 383) и 1 ПЛА пр. 667 БДР (зав. 376);
  • на ПО «Севмаш» - 1 ТРПКСН  пр. 941 (ТК-208, «Дм. Донской»); 1 ПЛА пр. 971 (зав. 822);
  • на СРЗ «Нерпа» - 2 ПЛА пр. 945, 945А (зав. 302, 303).

Можно предполагать, что из 9 прошедших ремонт кораблей на 5 ПЛА одновременно была произведена перезаряка реакторов, т.е. в среднем в год перезаряжался 1 реактор (для сравнения – в 1970-1980 гг. на Северном флоте ежегодно проходили перезарядку 14-20 реакторов). Перечисленные работы выполнялись силами ПТБ пр.2020 ПМ-63 и ПМ-12. В 1992 г. на Северном флоте из судов обеспечения были сформированы два плавучих завода перезарядки реакторов – ПСРЗ ПР № 412 и № 422. Головными кораблями формирований являлись ПМ-63 (Белое море, Северодвинск) и ПМ-12 (Кольский залив, п.Оленья Губа).

Выгрузка ОЯТ при утилизации ПЛА С выходом постановления Правительства РФ от 28.05.1998 № 518 исполнение функции заказчика работ по утилизации ПЛА от ВМФ перешло к «Росатому». Однако выгрузка активных зон из реакторов утилизируемых кораблей продолжала выполнятся, в основном, силами ВМФ – моряками плавучих баз перезарядки. В Северном регионе за период 1990-2005 гг. было выгружено ОЯТ из реакторов 83 ПЛА, из них плавтехбазами  Северного флота выгружены активные зоны из 66 ПЛА, плавбазой Мурманского пароходства «Имандра» – из 12 ПЛА, береговым комплексом ЦС «Звездочка» – из 4 ПЛА, силами «СевРАО» в Гремихе извлечено ОЯТ из двух ПЛА пр.705. Формирование эшелонов для вывоза ОЯТ за пределы региона осуществлялось, главным образом, на базе «Атомфлота» в Мурманске и в Северодвинске.

В Восточном регионе ОЯТ из реакторов ПЛА выгружалось плавтехбазой ПМ-74. С 2002 г. к работам подключился береговой комплекс ДВЗ «Звезда» в Большом Камне. Формирование эшелонов для вывоза ОЯТ на ПО «Маяк» выполнялось силами «ДальРАО» через ж.д.станцию «Дунай» с использованием сохранившейся инфраструктуры бывшей БТБ в бх. Сысоева.

К настоящему времени основная масса ОЯТ из реакторов утилизируемых ПЛА выгружена. Намеченная программа утилизации 119 ПЛА Северного флота и 74 ПЛА Тихоокеанского флота, видимо, завершится в 2010 г.

Обращение с РАО Начиная с 1999 г., на предприятиях, занятых утилизацией ПЛА, были введены в эксплуатацию ряд сооружений, предназначенных для обращения с радиоактивными отходами. На ДВЗ «Звезда» (в Большом Камене в Приморье) в рамках международной помощи были построены:

  • здание для компактирования ТРО низкой активности производительностью 200 м3/год;
  • комплекс переработки вод спецпрачечной производительностью 2500 м3/год;
  • плавучий комплекс «Ландыш» для переработки 7000 м3/год ЖРО с береговым хранилищем для отвержденных упаковок.

Аналогичные сооружения были введены на ЦС «Звездочка» в Северодвинске (вместо плавучего комплекса «Ландыш» – береговой комплекс). Вопреки прогнозам массовая утилизация  ПЛА привела к резкому снижению РАО вместо ожидаемого возрастания. Суммарный объем ЖРО для Северного и Восточного регионов в 2001-2004 гг. составил от 800 до 2000 м3/год («Атом-пресса» № 4/2002, «Бюллетень по атомной энергии» № 3/2005). В разы уменьшился объем ТРО, которые разрешалось оставлять в реакторных отсеках утилизируемых ПЛА.

Возникли проблемы с РАО, образующимися при эксплуатации действующих ПЛА.  Так, на плавтехбазе ПМ-12 Северного флота скопилось 298 гильз с отработавшими стержнями СУЗ. Там же временно хранится и ряд других отходов, ранее вывозимых в гб. Андреева.

Реабилитация БТБ Если отбросить словесную шелуху по поводу ликвидации советского ядерного наследия, то реабилитация технических баз ВМФ, по сути, сводится к трем процедурам:

  • удалению оставшегося ядерного топлива;
  • инвентаризации и перезахоронению накопленных РАО;
  • приведению в безопасное состояние сооружений, имевших контакты с радиоактивностью.

 

Процесс обращения с ОЯТ и РАО, по самой своей природе, всегда изобиловал трудоемкими и малопривлекательными операциями, что на фоне угрюмого дизайна строений БТБ давало повод для спекуляций и сочинительства. Не без помощи невесть откуда появившихся экспертов (включая маститых членов научного сообщества) сегодняшнее состояние бывших баз ВМФ тенденциозно искажается. Гб. Андреева, к примеру,  представляется не иначе, как самое большое в Европе хранилище ОЯТ. Неприглядно освещается предшествующая деятельность военного персонала. Находятся публикаторы, утверждающие о якобы случавшихся самопроизвольных цепных реакциях (СЦР). Но вот о чем говорят реальные цифры.

Справка

На 01.10.2009 в гб. Андреева хранится35 тонн ОЯТ по всем изотопам урана. Для сравнения, в Российской Федерации от действующих АЭС ежегодно образуется 650 тонн ОЯТ, из которых перерабатывается не более 100 тонн. Общий объем накопленного ОЯТ составляет 19 тыс. тонн (не менее 4 тыс. тонн – на ЛАЭС). В той же гб. Андреева содержится до 15 тыс. м3 твердых РАО, что составляет не более 0,01 % объема РАО, накопленных на трех комбинатах «Росатома». Основная масса ТРО поступила в гб. Андреева в 1960-1970 гг. и к настоящему времени утратила свою активность вследствие естественного распада. Что касается ОЯТ, то, несмотря на аварийное состояние хранилищ, упаковки с ОТВС жестко зафиксированы и сохраняют свою геометрию. Вероятность возникновения СЦР в гб. Андреева оценивается как 10 -8 (для АЭС допускается 10 -6).
Тем не менее, легенда о мировой свалке радиоактивности на Кольском п-ве окончательно канонизировалась. Места, ранее известные лишь узкому кругу лиц, стали предметом пристального внимания различных экологических фондов и разоруженческих программ (АМЕС – «Экологическое сотрудничество в Арктике в военной сфере», ЭПСИ – фонд поддержки экологического партнерства «Северное измерение», «Глобальное партнерство» и т.д.). Фонды и программы обрастают множеством посредников и обслуживающих структур, которые проводят тендеры, заключают контракты, распределяют гранты, назначают международных консультантов, формируют экспертные группы, разрабатывают стратегические мастер-планы. Реабилитация бывших объектов ВМФ стала предметом международного бизнеса, где определяющим является фактор освоения донорских средств, а экологические проблемы отодвинуты на второй план. В большом количестве проводятся конференции, совещания, семинары, причем проблемы гб. Андреева предпочитают обсуждать в Мюнхене, Оттаве, Гааге, Брюсселе, Вене, Шербурге, Оксфорде и иных не менее комфортных местах.


А что на Кольском полуострове?

С передачей в 2000 г. объектов БТБ в хозяйственное владение «СевРАО» и открытием бюджетного и спонсорского финансирования из гб. Андреева за пределы Мурманской области не отправлено ни грамма ОЯТ, не перезахоронено ни одной упаковки с РАО. Персонал «СевРАО» наводит порядок на технической территории в гб. Андреева, но эта деятельность по объему работ не сопоставима с показателями предшественника - 560 БТБ СФ (см. табл. 2).


Табл. 2
Сравнительные показатели деятельности л/с БТБ (1985-1989 гг.) и «СевРАО» (2001-2008 гг.) в гб. Андреева

Примечание:

  1. Из 1019 контейнеров захоронено в море 496 контейнеров, 413 упаковок размещено в боксах 7, 7А, 67А, 100 контейнеров оставлено на открытой площадке 3.
  2. Стержни СУЗ размещены в блоке сухого хранения.
  3. Экранные сборки захоронены в сооружении 7.

 

По сути, провалена федеральная программа «Промышленная утилизация вооружения и военной техники на 2005-2010 гг.» в части подпрограммы «Реабилитация береговых технических баз», которой предусматривалось сокращение на 25 % суммарной активности за счет вывоза ОЯТ из гб. Андреева и ОВЧ из Гремихи. И хотя из Гремихи вывезено три комплекта ОЯТ ПЛА 1-го поколения, но принято на хранение две ОВЧ ПЛА пр.705, так что баланс сохранился. Кстати, для переупаковки и вывоза ОЯТ пригодилась советская техника: транспорт «Серебрянка» образца 1974 г. и контейнеры ТК-18 выпуска 1989 г.

В активную фазу перешло проектирование инфраструктуры, предполагающей появление    зданий-укрытий над всеми проблемными площадками бывшей БТБ. Считается, что только такой подход позволит обеспечить безопасность будущих работ с ОЯТ и РАО. Но их еще предстоит построить, оснастить пока отсутствующим оборудованием, сдать в эксплуатацию, набрать и обучить персонал. Так что идеологи-разработчики вряд ли смогут увидеть плоды своих творений, а полукустарное хранилище ОЯТ еще долго будет оставаться раздражающим фактором для жителей Мурманской области.

Из вышесказанного выделим три очевидных обстоятельства:

  • Созданные «Росатомом» предприятия «СевРАО» и «ДальРАО» ориентированы исключительно на реабилитацию бывших объектов ВМФ и даже в перспективе не могут рассматриваться в качестве элементов системы технического обслуживания корабельных реакторов действующих ПЛА. 
  • Функции 4 ликвидированных БТБ в настоящее время восполняют три оставшиеся плавучие базы перезарядок реакторов пр. 2020 (две ПТБ в Северном регионе, одна ПТБ в Дальневосточном).
  • Потенциальный ресурс 3 кораблей технологического обслуживания применим лишь в условиях переходного периода ВМФ, когда до предела сокращена действующая группировка ПЛА и максимально ограничен расход энергоресурса их реакторов.

Но это не более чем затянувшаяся пауза.


Поделитесь новостью с друзьями


© 2008–2016 АО ФЦЯРБ